День и ночь



Кирилл Анкудинов, День и ночь, №6 • 17.12.2012

на litbook.ru

Рецензия

Начну с иудинского «Инсайта» — как самого объёмного (и самого прописанного) произведения.

Андрей Иудин (интересно, «Иудин» — фамилия или псевдоним?) — редактор регионального альманаха «Земляки», пишет стихи. Родился в 1953 году. А ведь ощущается по этой прозе, что её автор — немолодой человек; есть здесь основательность зрелости (в непривычном сочетании с юно обострённой чувственностью).

И сюжетика странноватая — сюжет наличествует, но он какой-то не центрированный, растрёпанный: от каждого персонажа тянутся астрально-мочальные нити в прошлое, некоторые из сюжетных линий не ведут никуда, обрываются или исчезают, некоторые — заплетаются в бесформенные узлы…

Значит, так. Есть герой и героиня. Герой — Александр Рассохин, «частный детектив без лицензии»; впрочем, он не похож на Шерлока Холмса или на Пуаро и пробавляется оккультно-криминальными акциями-провокациями, стравливая своих клиентов с их врагами (по результатам акций достаётся и тем, и другим). А у каждого из клиентов (и врагов клиентов) — своя мутная история из прошлого. У Рассохина — тоже своя история: он учился драться и выучился до того, что стал берсерком (во время драки в него может вселиться всесокрушающе-неконтролируемое «нечто»). Героиня — Ольга; с ней также случилось удивительное: в детстве она упала из окна, но осталась цела и невредима (то ли полетела аки птичка, то ли была спасена ветром). С той поры Ольга — «ведьма»: она разговаривает с ветром и луной, время от времени пытается прыгнуть с высоты, губит мужиков, попавших в поле её действия. Некогда Ольга была в деревне на студенческой практике и так взглянула на тамошнего придурковатого подростка Харитона (Харьку), что наложила на него роковое проклятье. Затем Ольга погубила ухажёра Геру Пожарского, парня-красавца, выявив в нём сексуальные проблемы, которые довели его до психоза и жестокого самоубийства (это, кстати, не единственное самоубийство в «Инсайте»). А Харька тем временем вырос, прошёл через ряд перипетий и сделался бомжем Харонычем. Хароныч в храме повстречал Заныкина, заместителя гендиректора издательского комплекса, «серого кардинала» (человека обыкновенного, посредственного во всём, недоброго, хитрого — наделённого мелким крестьянским умом), и сделал того своим слепым орудием. Хароныч изготовил куклу оккультного пса Артемона, вселил душу Артемона в Заныкина — так началась долгая охота Артемона на Ольгу. Было много всяко-разного, но в финале победило добро (если его возможно так назвать): Ольга «отпустила» душу Хароныча (в теле Заныкина), избавила её от проклятья и нашла суженого по себе (рыцаря-берсерка Рассохина, разумеется). Чудовищный Артемон ушёл в землю, а злосчастный Заныкин остался в теле Хароныча (и служит ему привратником). Это я только главные сюжетные линии романа пересказал, а ведь есть и неглавные, их много.

Написан «Инсайт» грамотно и очень тонко, даже изощрённо; при этом он оставляет впечатление вязкого, неотвязного, какого-то эпилептического кошмара. По жанру это хоррор — но нетипичный. В классическом хорроре всегда бывает одна чёткая сюжетная линия, тут же всё запутано, словно рыболовная леска. Посыл хоррора — напугать читателя и этим его развлечь. А здесь — иной авторский посыл.

Какой?

А вот какой: показать, что человеческая личность не равна себе самой.

(Кстати, в мире «Инсайта» вообще не приходится говорить о каких-либо границах личности: в Заныкине с определённого момента не живёт Заныкин, в нём живут сначала Артемон, а затем — Хароныч; и с кого спрашивать за заныкинские поступки-безобразия?)

Сравню «Инсайт» с «Мастером и Маргаритой» Михаила Булгакова. По итогам «Мастера и Маргариты» наказаны плохие люди и награждены хорошие люди (это — в общих чертах; на деле-то — всё гораздо сложнее, но не буду говорить о тонкостях). В «Мастере и Маргарите» «коемуждо по делам его».

А в «Инсайте» «коемуждо» совсем другое; тут персонажи не делятся на «хороших» и «плохих». Они делятся на «сильных» и «слабых». «Сильные» — те, кто смог усвоить некий внеличностный опыт (всегда очень болезненный, мучительный, а иногда — ещё и постыдный). «Сильные» — те, кто существует «с бездной внутри себя» (это — Ольга, Рассохин и даже Харька-Хароныч). «Слабые» — те, кого сей опыт сломал, потому что они слишком цеплялись за собственное «я»; в них не было ничего, помимо «я»,— оттого бездна их и съела. Нельзя сказать, что жалкий итог Заныкина или Геры Пожарского — плата за то, что они плохие люди (хотя это не лучшая человеческая порода). Просто в Заныкине, в Герке (в соседском пацане Пашке, в подполковнике милиции Бутузове, в белокуром продавце Сэме Самойлове, в социологе Быковском и т. д.) слишком много «самости». А человек силён настолько, насколько он способен вместить в себя нечеловеческое.

Вот что хочет сказать нам Андрей Иудин…